logo
 
?

варвар атилла

В настоящую книгу известного русского писателя, автора романа "Мы" Евгения Замятина вошли повести "Уездное", "Алатырь", "На куличках", "Островитяне", "Наводнение" и восемь глав незавершенного романа "Бич Божий".

После появления в печати ранних повестей Замятина о нем громко заговорила критика, ставя его имя в один ряд с Буниным, Пришвиным, Куприным.

Реалистические образы ранних повестей Замятина поднимаются до символизма.

До обобщений, за которыми ощущается вечное противоборство добра и зла.

Современная писателю реальность трактуется через вечные символы христианства и образы русского фольклора, его стилю присущ динамизм, а почти кинематографически быстра смена эпизодов передает ускорение времени, приближение эпохи социальных и нравственных перемен.

В своих произведениях, которые стали ярчайшим художественным документом времени, Замятин стремился к "настоящей правде", которая, по Достоевскому, "всегда неправдоподобна".

"Вот он, этот светлый день, – подумала я, застегивая ремни безопасности в кресле, – одна легкая сумка, одно строгое платье, билет туда-обратно, разговоры только о прекрасном, искусство – в приоритете".

Дорогая редакция отправила меня насладиться лучшим басом мира, увидеть, как лучший дирижер держит оркестр в напряжении, и понять наконец, что же там придумал этот лучший итальянский режиссер, о котором без умолку рассказывают газеты в последние месяцы. Я внимательно прочитала либретто и настроилась получать удовольствие.

Если сегодня в демократических странах и есть место дворцовой роскоши, оно, определенно, в театре.

Так уж живет мир, это его традиция на века: демонстрировать роскошь можно и нужно в театре.

Театр "Астана Опера" – это место, где роскоши много.

60 гримерных – это роскошь, так же, как многоуровневая сцена с автоматической системой управления, лепнина, расписной потолок, над которым трудились, о мой бог, итальянские зодчии, колонны и огромные скульптуры у входа. Но то ли платья в пол, то ли игристое вино, то ли мраморная мозаика пола и люстры, а может, все вместе прощает позолоту лифтов и даже делает её уместной.